Самое перспективное и быстрорастущее направление сегодня — это креативные кластеры, или многофункциональные площадки с офисной, культурной и, что самое главное, социальной составляющей. 

Главная предпосылка развития формата, на мой взгляд, — это иная культура потребления у повзрослевших миллениалов, «цифрового» поколения, которое иначе воспринимает потребительский опыт. Они стремятся к независимости и сильно замотивированы создавать пусть небольшой, но собственный бизнес. Как следствие — высокий спрос на маленькие недорогие метражи в хорошей транспортной доступности. Именно такие условия предоставляют креативные кластеры, которые активно развиваются в Петербурге. 

Вторая причина — постепенное проникновение зарубежных трендов на российский рынок. Мы путешествуем, смотрим «Инстаграм», общаемся с западными предпринимателями и хотим создавать нечто похожее здесь, в России. В Амстердаме есть отличный пример освоения некогда безлюдных территорий рядом с портом — район Норд. Сегодня это Мекка культурной и творческой жизни. А в Петербурге в гавани Васильевского острова, на территории исторического кабельного завода, появился проект «Порт Севкабель», который еще развивается, но уверенно следует голландскому примеру. Их объединяет «портовый дух» и великолепные морские пейзажи. 

Еще один проект — нью-йоркский Уильямсбург — начинался, как и петербургская Новая Голландия, с освоения заброшенных промышленных зданий. Успех Уильямсбурга продиктован, с одной стороны, тем, что этот район стихийно населялся представителями творческих профессий, которых это место привлекало не только удачным расположением, но и низкой арендой. В начале нулевых там проживало свыше 6500 художников, актеров, музыкантов, фотографов, которые сейчас активно развивают местный ретейл и участвуют в создании инфраструктуры. С другой стороны — здесь на набережной находится парк Domino, пример профессиональной реконструкции территории сахарного завода, где в ландшафт парка искусно вписаны 11-метровые цистерны для сбора сиропа и грузовые краны, которые когда-то поднимали сырой сахар с лодок.

Проект «Новая Голландия» в Петербурге тоже сознательно развивался профессиональными девелоперами, миссией которых было сохранение исторического наследия места. Так, в нынешнем ресторане «Кузня» раньше располагалась кузнечная мастерская, другие помещения проекта — бывшие склады корабельного леса, а здание бывшей военной тюрьмы, которое получило в народе прозвище «Бутылка», сейчас заполнено разнообразным предложением общепита на любой вкус.

«Голицын Лофт» — еще один пример креативного кластера, он расположен в особняке XVIII века. Более чем с сотней различных арендаторов, начиная от коворкинга и заканчивая мастерской пивоварения, он отдаленно напоминает район «руинных» баров Эржебетварош в Будапеште. Оба проекта были созданы энтузиастами, оба в старинных зданиях, в обоих формат предполагает отсутствие границ и бар-хоппинг, столь любимый молодыми людьми. Да, в обоих проектах в ремонт вложено минимум, но все сделано с душой, благодаря чему историческая атмосфера места передана идеально: в случае с «руинными» барами — это бывший еврейский квартал с помпезными постройками и множеством магазинчиков и кафе, во время Второй мировой войны превратившийся в гетто, а «Голицын Лофт» — творческий квартал с духом питерской интеллигенции.

Все перечисленные проекты — как зарубежные, так и петербургские — обладают рядом важных общих черт, которые делают их столь успешными. Во-первых, это комплексный подход. Наличие в качестве «якоря» выставочного центра, коворкинга, спортивного комплекса или фуд-холла гарантирует проекту постоянный доход, а создаваемая вокруг инфраструктура с меняющимися арендаторами иногда диаметрально противоположных сегментов придает месту ту динамику, ради которой сюда приходят не только новички, но и завсегдатаи. Во-вторых, это стремление сохранить и передать дух места. В одном из ресторанов квартала Норд мебель изготовлена из переработанных материалов и спасенных морских объектов, что логично, ведь это бывший порт. В «Севкабеле» это старые баркасы, катушки для кабелей, расписанные местными художниками, и ржавые элементы бывших строений, ставшие арт-объектами. В «Голицын Лофте» это потолки с лепниной и мраморные камины, а «Новая Голландия» — сама по себе памятник культуры и истории города, который уже стал частью «ДНК Петербурга».

В чем пока петербургские проекты уступают зарубежным, так это в стремлении к ответственному потреблению. В России оно пока только в зародыше, но тем не менее постепенно все больше проникает в культуру. Жду, когда у нас появятся проекты, достойные, например, Café de Ceuvel, который находится в амстердамском районе Норд. Этот ресторан — отличный образец демонстрации и пропаганды зеленых технологий с чистыми источниками энергии и повторным использованием кухонных отходов путем обработки, компостирования и фильтрации.